Новые сообщения · Оглавление форума · Участники · Правила форума · Поиск ·
Страница 1 из 11
Модератор форума: Юрий_Ермолаев, Елена_Фёдорова, Татьяна_Соловьёва, Наталья_К 
Форум клуба » ДРУГИЕ ТЕМЫ » Интересные материалы о духовной и культурной жизни » "Я дарю тебе Москву..." Цветаева и Мандельштам ((15 января поэту Осипу Мандельштаму исполнилось бы 125 лет))
"Я дарю тебе Москву..." Цветаева и Мандельштам
Александра_МДата: Пятница, 15.01.2016, 00:29 | Сообщение # 1
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 137
Статус: Offline
ОСИП МАНДЕЛЬШТАМ... 125 лет (целый век и еще четверть!..) минуло со дня его рождения на земле, но я как будто вижу пред собою его изящный силуэт, в петлице - ландыш, тени на щеке от густых, в пол-лица, ресниц.., еврейский мальчик на все другие времена (верное поэтическое - и женское! - чутье Марины Цветаевой - "... В тебе божественного мальчика, - десятилетнего я чту..."), странный, трогательный и ... гениальный поэт 20 века... Среди книг у меня стоит черный, с золотом, трехтомник стихотворений и прозы Мандельштама, но любимых из них не так много, и почти все они посвящены Марине Цветаевой...



Века мелькают, как единый миг... Сто лет назад написано... "Когда промчится этот юный, прелестный век!..", и вот снова можно, вздохнув, сказать то же!..
Марина Цветаева и Осип Мандельштам впервые увиделись летом 1915 года у моря (и имя Марина... морская), в доме М.Волошина в Коктебеле, это было еще не знакомство, а так, молчаливые поклоны у садовой калитки, поспешно опущенные, в смятении чувств, глаза...
В начале января 1916 года Марина Цветаева в первый и последний раз была в Петербурге; в снежный "нездешний вечер" для всех поэтов серебряного века Петербурга (Гумилев был на войне, а Ахматова в Крыму...) она одна, за всю поэтическую Москву, читала и читала без устали, а просили еще и еще, свои стихи... Мандельштам, потрясенный и смущенный, подарил Цветаевой свою зеленую, как изумруд, книгу стихов "Камень" с надписью " Петербург, 10 января 1916 года... Книга-памятка Марине Цветаевой...". 20 января Марина вернулась домой, в Борисоглебский переулок... Влюбленный, увлеченный Мандельштам поехал за ней следом, возвращался в Петербург и снова по зову сердца приезжал в Москву... Они узнали стихи друг друга, взаимно были пленены и восхищены ими!.. Для Мандельштама это был период трудной, неутоленной любви, наездов и бегств.., Марина, со своим стихийным, независимым характером, писала ему в Петербург, сразу после встречи уже прощаясь с ним:

Никто ничего не отнял!..
Мне сладостно, что мы врозь.
Целую Вас через сотни
Разъединяющих верст...

Нежней и бесповоротней
Никто не глядел Вам вслед,
Целую Вас, - через сотни
Разъединяющих лет...


Марина Цветаева пишет в личном дневнике, наверное, всем знакомые, строки: "Чудесные дни с февраля по июнь 1916 года, когда я Мандельштаму дарила Москву, и не так много мне в жизни писали хороших стихов..."
И все-таки.., что-то в этом было,!., было нечто чудесное, глубоко утаенное и неутоленное, в том синем, вьюжном феврале!..
12 февраля они гуляли по Москве, Марина так ее любила!., трепетно, кровно... по великому праву рождения!., а Мандельштам не сводил с нее глаз, непрерывно твердил ее имя... Она злилась: "Что Марина - когда Москва?., Марина - когда Весна?.. О, Вы меня, действительно, не любите... Неужели Вы не понимаете, что небо - поднимите голову и посмотрите! - в тысячу раз больше меня... Вы думаете, я в такой день могу думать о Вашей любви?!, о чем-то еще, о себе?.." Мандельштам виновато молчал, ему казалось, что Марина дарит ему Москву взамен себя... А ему были подарены самые первые, свежие, страстные стихи о Москве!..



Из рук моих - нерукотворный град
Прими, мой странный, мой прекрасный брат.

По церковке - все сорок сороков,
И реющих над ними голубков.

И Спасские - с цветами - ворота,
Где шапка православного снята.

Часовню звездную - приют от зол -
Где вытертый от поцелуев - пол.

Пятисоборный несравненный круг
Прими, мой древний, вдохновенный друг.

К Нечаянныя Радости в саду
Я гостя чужеземного сведу.

Червонные возблещут купола,
Бессонные взгремят колокола,

И на тебя с багряных облаков
Уронит Богородица Покров,

И встанешь ты, исполнен дивных сил...
Ты не раскаешься, что ты меня любил.




(на старой фотографии 1915 года - часовня Иверской Божией матери, "Портантисса", Вратарница, благословенная московская святыня; в письмах Марины есть упоминание о том, она и Мандельштам были на ночном богослужении, когда в полночь чудотворная икона в закрытой карете, освещаемой форейтором с горящим факелом, возвращалась после посещения болящих и страждущих в свою святую обитель...)


И еще эти строки... "Помедлим у реки, полощущей цветные бусы фонарей, я проведу тебя до площади, видавшей отроков-царей..." И Марина вела его за собой на Соборную площадь, в Архангельский собор, и они возжигали свечи за упокой убиенного царевича Димитрия... Все их прекрасные, летящие дни в Москве - бесконечные разговоры о стихах, Германии, древней Элладе и Средневековье, Мандельштам читал наизусть по-итальянски "Божественную комедию" Данте, наслаждение от длинных, неспешных прогулок... и друг от друга.
Словно в ответ и в благодарность, Мандельштам пишет о своих московских впечатлениях и новых, от Марины, познаниях, в чудесном, в чем-то для себя страшно пророческом, стихотворении:

На розвальнях, уложенных соломой,
Едва прикрытые рогожей роковой,
От Воробьевых гор до церковки знакомой,
Мы ехали огромною Москвой...

А в Угличе играют дети в бабки,
И пахнет хлеб, оставленный в печи,
По улице меня везли без шапки,
И теплились в часовне три свечи...


Мандельштам воспринял все, что так романтически взволнованно чувствовала и любила Марина, но сдержаннее, строже, по-петербургски... (стихотворение "О, этот воздух, смутой пьяный, на черной площади Кремля...") Надежда Мандельштам в воспоминаниях писала: "Цветаева, подарив свою дружбу и Москву, как-то расколдовала Мандельштама... Это был чудесный дар, потому что с одним Петербургом, без Москвы, нет вольного дыхания, нет настоящего чувства России..."

Это стихотворение (внизу), посвященное Марине, мне кажется самым тонким, нежным, прохладным, зимним... В черновиках Мандельштама у него есть название... "Москва". Шубка Марины его просто умиляла, он называл ее "барсом" и гладил пушистый мех... С этого стихотворения в поэзию Мандельштама вошла лучезарная любовная лирика...

В разноголосице девического хора,
Все церкви нежные поют на голос свой,
И в дугах каменных Успенского собора,
Мне брови чудятся, высокие, дугой.

И с укрепленного архангелами вала,
Я город озирал на чудной высоте,
В стенах Акрополя печаль меня снедала
По русском имени и русской красоте...

Не диво ль дивное, что вертоград нам снится,
Где реют голуби в горячей синеве,
Что православные крюки поет черница:
Успенье нежное - Флоренция в Москве...

И пятиглавые московские соборы
С их итальянскою и русскою душой
Напоминают мне явление Авроры,
Но с русским именем и в шубке меховой.




И Марина в своей душе ощущала теплый свет (после оборванного с кожей, темного прошлого с С.Парнок...) и трепет, это было похоже... на предчувствие любви, иначе она не написала бы такие светлые строки, посвященные Мандельштаму... "Откуда такая нежность?.."

Откуда такая нежность,
И что с нею делать, отрок
Лукавый, певец захожий
С ресницами - нет длинней?!.


И еще ... удивительно чистые стихи Мандельштама, посвященные Марине Цветаевой, изысканно соединенные с музыкой, - щемяще-нежный, прозрачный романс...

Нежнее нежного лицо твое,
Белее белого твоя рука,
От мира целого ты далека,
И все твое - от неизбежного...


Осип Мандельштам – Марине Цветаевой
«Нежнее нежного»
поёт Елена Фролова
http://my.mail.ru/mail/kantare1/video/246/3219.html

Перед тем, как разойтись по разным путям в жизни, Мандельштам восемь дней жил на даче Марины и Анастасии в Александрове, было все так же: долгие прогулки по Александровской слободе, к Свято-Успенскому монастырю, к чудотворной иконе Нерукотворного Спаса; жалобы Марине, что няня за обедом опять положила ему варенье, а не страстно любимый им шоколад, что его не ценят, не понимают, уничижают, видя в нем разночинца... Тут еще неожиданно Мандельштам получает известие, что у матери, к которой он, как и все еврейские мальчики, был страстно и болезненно привязан, инсульт... Он уезжает, но живой ее не застает, свою скорбь он изливает в стихотворении "У ворот Ерусалима Солнце черное взошло..." На самом деле... это был малодушный побег, в том числе, и от себя самого...



Они еще встречались в Москве, это были пустые, вежливые встречи, предчувствие любви было обманчивым, что-то самое главное пропало; Мандельштам и Цветаева разошлись по разным жизненным дорогам (но обе трагические и тупиковые...)
Мандельштам все же хранил в сердце любовь к Москве, заложенную ему Мариной.., с 1933 года они с Надеждой переберутся в Москву, в дом в Нащокинском переулке... Он будет гордо и смело (в 1922 году Марина Цветаева покинула родину) называть себя "антицветаевцем" и назовет стихи Марины, которые ранее боготворил, "лживыми"... Марина в Берлине напишет эссе "Мой ответ Осипу Мандельштаму" в ответ на его книгу воспоминаний "Шум времени" и скажет кому-то, грустно, с горестной улыбкой: "Даровитость... то, за что ничего прощать не следовало бы, то, за что прощаешь все...".
Марина сохранила в себе былой пиетет к творчеству "божественного мальчика"... Осипа Мандельштама. А о стихах Мандельштама, ей посвященных, она отзовется светло и печально: "...несколько холодных великолепий о МОСКВЕ..."


Последнее посвященное Марине Цветаевой стихотворение Мандельштама "Не веря Воскресенья чуду...", написанное им ровно через год после встречи в Крыму, великолепно читает, даже повествует, Алиса Фрейндлих, которая, как никто, любит и понимает Цветаеву.., и которую за это бесконечно люблю я...

Осип Мандельштам – Марине Цветаевой
«Не веря воскресенья чуду...»
читает Алиса Фрейндлих
http://my.mail.ru/mail/vera_dem/video/288/2567.html
Прикрепления: 6538998.jpg(39Kb) · 6985129.jpg(242Kb) · 7902454.jpg(140Kb) · 5919559.jpg(241Kb) · 1250006.jpg(50Kb) · 2483543.jpg(79Kb)


" Когда б не Бог, зовущий всех нас в Детство,
Кто выжил бы без смысла и Любви..."
( иеромонах Роман ( Матюшин ))


Сообщение отредактировал Александра_М - Суббота, 16.01.2016, 00:01
 
МаргаритаДата: Пятница, 15.01.2016, 07:19 | Сообщение # 2
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 1838
Статус: Offline
Спасибо, Александра, что поделились с нами столь трепетно мыслями о любимых поэтах!

Dum_spiro,_spero!_(лат.)
Пока_ дышу,_надеюсь!
 
МаргаритаДата: Воскресенье, 17.01.2016, 09:41 | Сообщение # 3
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 1838
Статус: Offline
Из воспоминаний Надежды Мандельштам.
(Мандельштам Н. «Вторая книга», М., 1990)

"В Цветаевой Мандельштам ценил способность увлекаться не только стихами, но и поэтами. В этом было удивительное бескорыстие. Увлечения Цветаевой были, как мне говорили, недолговечными, но зато бурными, как ураган. Наиболее стойким оказалось ее увлечение Пастернаком, после того как вышла "Сестра моя - жизнь".
Пастернак много лет безраздельно владел всеми поэтами, и никто не мог выбиться из-под его влияния. Ахматова говорила, что лишь Цветаева с честью вышла из этого испытания: Пастернак обогатил ее, и она не только сохранила, но, может, даже обрела благодаря ему настоящий голос. Я тоже думаю, что поэмы ("Горы", "Лестницы" и др.) - самое сильное, что сделала Цветаева.
Мне пришлось несколько раз встречаться с Цветаевой, но знакомства не получилось.

Дело происходило в Москве летом 1922 года. Мандельштам повел меня к Цветаевой в один из переулков на Поварской - недалеко от Трубниковского, куда я бегала смотреть знаменитую коллекцию икон Остроухова. Мы постучались - звонки были отменены революцией. Открыла Марина. Она ахнула, увидав Мандельштама, но мне еле протянула руку, глядя при этом не на меня, а на него. Всем своим поведением она продемонстрировала, что до всяких жен ей никакого дела нет. "Пойдем к Але, - сказала она. - Вы ведь помните Алю..." А потом, не глядя на меня, прибавила: "А вы подождите здесь - Аля терпеть не может чужих..."
Мандельштам позеленел от злости, но к Але все-таки пошел. Парадная дверь захлопнулась, и я осталась в чем-то вроде прихожей, совершенно темной комнате, заваленной барахлом.
Визит к Але длился меньше малого - несколько минут. Мандельштам выскочил от Али, вернее, из жилой комнаты (там, как оказалось, была еще одна жилая комната, куда Марина не соблаговолила меня пригласить), поговорил с хозяйкой в прихожей, где она догадалась зажечь свет... Сесть он отказался, и они оба стояли, а я сидела посреди комнаты на скрипучем и шатком стуле и бесцеремонно разглядывала Марину. Она уже, очевидно, почувствовала, что переборщила, и старалась завязать разговор, но Мандельштам отвечал односложно и холодно - самым что ни на есть петербургским голосом.
Разговора не вышло, знакомство не состоялось, и, воспользовавшись первой паузой, Мандельштам увел меня.

Цветаева готовилась к отъезду. В ее комнату - большую, рядом с той, куда она водила Мандельштама к дочери, - въехал Шенгели. Заходя к нему, мы сталкивались с Цветаевой. Теперь она заговаривала и со мной, и с Мандельштамом. Он прикрывался ледяной вежливостью, а я, запомнив первую встречу, насмешничала и сводила разговор на нет...
Марина Цветаева произвела на меня впечатление абсолютной естественности и сногсшибательного своенравия. Я запомнила стриженую голову, легкую - просто мальчишескую - походку и голос, удивительно похожий на стихи. Она была с норовом, но это не только свойство характера, а еще и жизненная установка. Ни за что не подвергла бы она себя самообузданию, как Ахматова. Сейчас, прочтя стихи и письма Цветаевой, я поняла, что она везде и во всем искала упоения и полноты чувств. Ей требовалось упоение не только любовью, но и покинутостью, заброшенностью, неудачей...

Цветаева уехала, и больше мы с ней не встречались. Когда она вернулась в Москву, я уже жила в провинции, и никому не пришло в голову сказать мне об ее возвращении.
Дружба с Цветаевой, по-моему, сыграла огромную роль в жизни и в работе Мандельштама (для него жизнь и работа равнозначны). Это и был мост, по которому он перешел из одного периода в другой. Стихами Цветаевой открывается "Вторая книга", или "Тристии". Каблуков, опекавший в ту пору Мандельштама, сразу почуял новый голос и огорчился. Все хотят сохранить мальчика-с-пальчик. Каблукову хотелось вернуть Мандельштама к сдержанности и раздумьям первой юношеской книги ("Камень"), но роста остановить нельзя. Цветаева, подарив ему свою дружбу и Москву, как-то расколдовала Мандельштама. Это был чудесный дар, потому что с одним Петербургом, без Москвы, нет вольного дыхания, нет настоящего чувства России, нет нравственной свободы, о которой говорится в статье о Чаадаеве. В "Камне" Мандельштам берет посох ("Посох мой, моя свобода, сердцевина бытия"), чтобы пойти в Рим: "Посох взял, развеселился и в далекий Рим пошел", а в "Тристии", увидав Россию, он от Рима отказывается: "Рим далече, - и никогда он Рима не любил".
Каблуков тщетно добивался отказа от Рима и не заметил, что его добилась Цветаева, подарив Мандельштаму Москву.

Я уверена, что наши отношения с Мандельштамом не сложились бы так легко и просто, если бы раньше на его пути не повстречалась дикая и яркая Марина. Она расковала в нем жизнелюбие и способность к спонтанной и необузданной любви, которая поразила меня с первой минуты. Я не сразу поняла, что этим я обязана именно ей, и мне жаль, что не сумела с ней подружиться. Может, она и меня научила бы безоглядности и самоотдаче, которыми владела в полную силу. У Ахматовой есть строчки: "Есть в близости людей заветная черта, ее не перейти влюбленности и страсти" и прочим высоким человеческим отношениям. Я теперь точно знаю, что неполная слиянность порождена далеко не только герметичностью человека, а в гораздо большей мере мелким индивидуализмом, жалким самолюбием и потребностью в самоутверждении, то есть пошлейшими чертами не великих ревнивиц, а мелких самолюбивых дур, принадлежащих к рыночному товару, стотысячных, заклейменных Цветаевой. И я кляну себя, что наговорила слишком мало диких слов и не была ни чересчур щедрой, ни вполне свободной, как Цветаева, Мандельштам и Ахматова.

Встретившись с Ахматовой, Цветаева жаловалась на судьбу, была полна горечи и вдруг, наклонившись, сказала, как ходила смотреть дом, где прошло ее детство, и увидела, что там по-прежнему растет любимая липа. Она умоляла Ахматову никому не открывать эту тайну, иначе "они узнают и срубят". Одна липа и осталась: "Поглотила любимых пучина, и разрушен родительский дом..." Я не знаю судьбы страшнее, чем у Марины Цветаевой».


Dum_spiro,_spero!_(лат.)
Пока_ дышу,_надеюсь!


Сообщение отредактировал Маргарита - Воскресенье, 17.01.2016, 09:54
 
Александра_МДата: Воскресенье, 17.01.2016, 12:27 | Сообщение # 4
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 137
Статус: Offline
Цитата Маргарита ()
Дело происходило в Москве летом 1922 года.



В воспоминаниях, письмах Марины Цветаевой никогда не упоминается о встрече с Мандельштамом перед отъездом, а с Надеждой она не встречалась никогда...

"11 мая 1922 года... Уезжаем из Москвы. ...Когда проезжали белую церковку Бориса и Глеба, Марина сказала мне "Перекрестись, Аля!.." и перекрестилась сама... Так мы и крестились всю дорогу на каждую церковь, прощаясь с Москвой..." (из воспоминаний дочери Марины Цветаевой - Ариадны Эфрон)

15 мая 1922 года Марина Цветаева с дочерью Ариадной приехали в Берлин. Провожал их на Виндавский (теперь Рижский) вокзал друг Марины (и друг композитора Скрябина) Алексей Чабров-Подгаецкий, ставший потом католическим монахом...

И еще... "Я запомнила стриженную голову..." Неправда, Марина приехала в Берлин со стрижкой до плеч (под пажа) своих золотых, волнистых волос...



И самый главный вымысел в этих "Воспоминаниях", что она (Марина) рассказывала Ахматовой, как ходила смотреть дом детства и увидела любимую липу....

"Будет скоро тот мир погублен,
погляди на него тайком,
Пока тополь еще не срублен,
И не продан еще наш дом!..


Этот тополь!.. Под ним ютятся
Наши детские вечера...
Этот тополь среди акаций
Цвета пепла и серебра!..




"Ася, ты ничего не знаешь... Трехпрудный! Дома нашего давно нет!.. Разобрали в восемнадцатом на дрова..." И тополь наш срублен!..
(из "Воспоминаний" Анастасии Цветаевой)
Прикрепления: 9083722.jpg(7Kb) · 4481659.jpg(62Kb)


" Когда б не Бог, зовущий всех нас в Детство,
Кто выжил бы без смысла и Любви..."
( иеромонах Роман ( Матюшин ))


Сообщение отредактировал Александра_М - Воскресенье, 17.01.2016, 12:59
 
Наталья_СДата: Воскресенье, 17.01.2016, 13:10 | Сообщение # 5
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 1032
Статус: Offline
Дорогие Александра и Маргарита Петровна! Спасибо за ваши интересные рассказы, за фотографии и записи! Вы возродили целую эпоху. Что касается "неправды", то такого рода неточности в мемуарах встречаются часто. Иногда (как, очевидно, в случае со стрижкой) это объясняется погрешностями памяти, но может быть связано и с сознательным намерением автора скрыть какие-то факты или представить их в ином свете. Но спасибо современникам за эти материалы, сохраняющие живой облик гениев!

Сообщение отредактировал Наталья_С - Воскресенье, 17.01.2016, 14:58
 
МаргаритаДата: Воскресенье, 17.01.2016, 13:20 | Сообщение # 6
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 1838
Статус: Offline
Вы правы, Александра, порой люди забывают о каких-то деталях и даже эпизодах своей жизни, и воспоминания не всегда отражают точные биографические данные.
Спасибо, Наташенька, Вы верно написали об этом.
Говорят, и Анастасия Цветаева не всегда была точна в своих воспоминаниях, из-за чего у нее были сложные отношения с Ариадной Эфрон.
Но, мне кажется, интересны некоторые слова Надежды Мандельштам о характере Марины Цветаевой, о ее влиянии на Мандельштама.
"В Цветаевой Мандельштам ценил способность увлекаться не только стихами, но и поэтами. В этом было удивительное бескорыстие. Увлечения Цветаевой были, как мне говорили, недолговечными, но зато бурными, как ураган".
(М.Цветаева и сама писала: «Творению я несомненно предпочитаю Творца»).
"Дружба с Цветаевой, по-моему, сыграла огромную роль в жизни и в работе Мандельштама (для него жизнь и работа равнозначны). Это и был мост, по которому он перешел из одного периода в другой".
"Сейчас, прочтя стихи и письма Цветаевой, я поняла, что она везде и во всем искала упоения и полноты чувств. Ей требовалось упоение не только любовью, но и покинутостью, заброшенностью, неудачей..."
"Я уверена, что наши отношения с Мандельштамом не сложились бы так легко и просто, если бы раньше на его пути не повстречалась дикая и яркая Марина. Она расковала в нем жизнелюбие и способность к спонтанной и необузданной любви, которая поразила меня с первой минуты".


Dum_spiro,_spero!_(лат.)
Пока_ дышу,_надеюсь!


Сообщение отредактировал Маргарита - Воскресенье, 17.01.2016, 17:09
 
Александра_МДата: Воскресенье, 17.01.2016, 23:18 | Сообщение # 7
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 137
Статус: Offline
Цитата Маргарита ()
"Я уверена, что наши отношения с Мандельштамом не сложились бы так легко и просто, если бы раньше на его пути не повстречалась дикая и яркая Марина. Она расковала в нем жизнелюбие и способность к спонтанной и необузданной любви, которая поразила меня с первой минуты".


Надо все-таки написать об этом, чтобы освободиться от дум о Марине... Осип Мандельштам всегда знал, боясь это оценить и не умея быть благодарным, что это Марина Цветаева была в его жизни, а не наоборот... Чтобы дышать и творить, Марине жизненно необходимо было ЛЮБИТЬ... Она всегда говорила, -"ЛЮБИТЬ, это значит видеть человека таким, каким его создал БОГ..." Она сама всегда выбирала, КОГО ЛЮБИТЬ, а Мандельштам не был избранным ею... Поэтому не было и не могло быть плотской "спонтанной и необузданной любви" у "дикой и яркой" Марины, она была иной высоты, чисто "платонической" тоской по прекрасному, лишь иногда с поцелуями нежности,( истина, конечно, известна только им...) но так и осталась неутоленной, что так раздражало упрямого "божественного мальчика", но и взрастило в нем красивого, лирического поэта Осипа Мандельштама!.. (его " Кремлевский горец", как первопричина мученической смерти-совершенно другие стихи...) Разве можно забыть, какая необыкновенно одаренная мать была у Цветаевой Марины, каким был - бескорыстным и великим в искусстве - отец, какое эстетически-возвышенное, истинно золотое детство, достойное времени воспитание, с трех лет одинаково живое общение на трех языках... гениальное музицирование на фортепиано, ранние, отроческие, переводы и стихи, Сорбонна; в Румянцевском музее их уникальные, поколениями собранные, библиотеки; музей изящных искусств на Волхонке создан Иваном Цветаевым, слепки мраморных античных скульптур, восхищающие и в наши дни, из подаренной Москве коллекции деда по матери Мейна... ( больно думать, что все это было забыто и не вернуло Марине Цветаевой даже московскую прописку...) И Марина все это в своей любимой Москве дарила, открывала Мандельштаму.., вводила его в самые лучшие поэтические и музыкальные салоны Москвы, знакомила его с самыми лучшими и талантливыми людьми...



Вот так отозвалось в Марине бегство Мандельштама из Александрова...



Разлетелось в серебряные дребезги
Зеркало, и в нём – взгляд.
Лебеди мои, лебеди
Сегодня домой летят!

Из облачной выси выпало
Мне прямо на грудь – перо.
Я сегодня во сне рассыпала
Мелкое серебро.

Серебряный клич – звонок.
Серебряно мне – петь!
Мой выкормыш! Лебедёнок!
Хорошо ли тебе лететь?

Пойду и не скажусь
Ни матери, ни сродникам.
Пойду и встану в церкви,
И помолюсь угодникам
О лебеде молоденьком.
[/i][/color]



Такой своевольный характер, такая горестная судьба, "жестокий мятеж в сердце" Марине достались в наследство через поколение от своей польской бабушки, покинувший этот мир совсем юной...

И напоследок хочу подарить всем прекрасное видео стихотворения Марины Цветаевой - "Бабушке" - в восхитительном ( на мой взгляд) чтении Татьяны Дорониной.


https://vk.com/video196835823_169508226
Прикрепления: 9249762.jpg(56Kb) · 9692379.jpg(68Kb) · 2388271.jpg(30Kb) · 5204585.jpg(42Kb)


" Когда б не Бог, зовущий всех нас в Детство,
Кто выжил бы без смысла и Любви..."
( иеромонах Роман ( Матюшин ))


Сообщение отредактировал Александра_М - Понедельник, 18.01.2016, 20:57
 
Наталья_КДата: Понедельник, 18.01.2016, 01:22 | Сообщение # 8
Группа: Модераторы
Сообщений: 1690
Статус: Offline
Сразу бросилось в глаза общность юношеского портрета поэта с о многими фотографиями Олега. Я бы это назвала печатью призванности талантом.

"каждый выбирает для себя тот голос, который скажет вдруг «ему, и никому другому» что-то неотвратимо важное для его личного бытия". (Ким Смирнов)
 
МаргаритаДата: Понедельник, 18.01.2016, 06:36 | Сообщение # 9
Группа: Постоянные участники
Сообщений: 1838
Статус: Offline
Должна Вам сказать, Александра, что необузданной может быть и платоническая любовь.
Но спасибо Вам за любовь к Марине!
Я и сама ее очень люблю.


Dum_spiro,_spero!_(лат.)
Пока_ дышу,_надеюсь!
 
Форум клуба » ДРУГИЕ ТЕМЫ » Интересные материалы о духовной и культурной жизни » "Я дарю тебе Москву..." Цветаева и Мандельштам ((15 января поэту Осипу Мандельштаму исполнилось бы 125 лет))
Страница 1 из 11
Поиск:
Сегодня здесь были:  | Елена_Фёдорова | Стелла | Татьяна_Соловьёва | Ольга | Маргарита | Елена_П | Наталья_К | Олёна_Митина | Ольга_Макеева | ТаисьяСафронова | Ольга_Москва | София_Перлина | АннаС | Людмила_А | Елена_Д
Самые активные:  | Елена_Фёдорова | Маргарита | Наталья_К | Вера_Александровна | Инна_И | Ада | НинаПодгорнова | Наталья_С | Татьяна_Соловьёва | Ольга_Васильевна
Новые участники:  | леночка_телковская | Анна_С | Евгения_А | анастасия_франк | Еленка | Филифьонка | Татьяна_Константиновна | ninese | Люция | Елена_Назарова
 
Мини-чат
Оставлять сообщения могут только зарегистрированные участники
 
Copyright © Юрий Ермолаев. Арт-студия журнала «Русская элегия». 2008, 2017Используются технологии uCoz